— Так ты собираешься убить его?

Он не ответил, так как дверь была открыта, и их могли услышать.

— Иди в кровать и жди его. — Он подтолкнул ее в нужном направлении.

Ровена уклонилась.

— Ты иди и жди его, поскольку этот брак — твоя затея, — прошептала она гневно. — Он настолько слеп, что вряд ли заметит разницу.

Гилберт усмехнулся.

— Я рад, что ты сохранила чувство юмора. И будет разумнее с моей стороны забрать у тебя это.

«Это» было бутылкой и кубком. Ровена сжала губы, чтобы удержаться и не попросить его оставить ей хотя бы кубок. Но ясно увидев ее заинтересованность, он наверняка заберет все. Так или иначе, вино со снадобьем потеряно.

Она забралась в кровать и только укрылась, как в комнату вошел ее муж с несколькими рыцарями, которые сейчас уезжали. Гилберт постарался их поскорее выпроводить, и через несколько минут она осталась наедине с мужем.

Он был в черном ночном халате, который еще больше подчеркивал бледность его кожи. Завязки халата развязались, пока он шел в спальню, но Годвин и не пытался их завязать, и халат распахнулся при первом же его шаге. Ровена быстро закрыла глаза, но то, что она увидела, предстало перед ее мысленным взором — кривые ноги и что-то такое между ними. Она слышала, это называли по-разному, но всегда речь шла о каком-то чудовищном орудии; но то, что перед ней предстало, не наводило страха.

Она не знала, то ли смеяться, то ли плакать. Ровена помолилась про себя, чтобы перенести все это, не сойдя с ума.

— Где ты, моя милая? — сварливо спросил он. — Я слишком стар, чтобы играть в прятки.

— Здесь, мой лорд.

Поскольку он все равно шарил где-то левее, так как не расслышал, она повторила свои слова очень громко. Это, наконец, привело его к подножию кровати.

— Ну? Ну? Чего ты ждешь? — спросил он все тем же сварливым тоном, стоя у подножия кровати, но, не делая попыток забраться в постель. — Ты что, не видишь, что мой воин нуждается в помощи, чтобы встать для тебя? Подойди и поиграй с ним, жена.