Джейн понимала, что долго так продолжаться не может, наступит день — и она взорвется, наговорит лишнего. Возможно, ей удалось бы изменить их отношения, знай она, что именно вызывает раздражение Фрэнка, в чем кроется причина его неприязни.

Джейн задумчиво брела по тихим просторным комнатам. Из гостиной она вышла на открытую галерею и остановилась, наслаждаясь тишиной и покоем. Над бассейном стоял легкий сероватый туман, от зелени, промытой недавно прошедшим дождем, исходил острый запах свежести.

Ранние утренние часы — лучшее время дня, всегда считала Джейн. Еще не захлестнутый суетой, человек может подумать о сокровенном, спокойно помечтать о будущем. Она аккуратно повесила купальный халат на спинку шезлонга и подошла к краю бассейна.

С другой стороны галереи, на которую выходила дверь из солярия, Фрэнк Беррингтон любовался грациозной вакханкой. Вот она выгнула свое гибкое, стройное тело, и тонкие точеные руки бесшумно разрезали бирюзовую воду. Фрэнк с замиранием сердца следил за девушкой. Его глаза, которые, как правило, безразлично взирали на мир, мерцали в эти минуты серебристым сиянием. Он восхищался чистотой юного тела, грацией и гармонией движений.

Плотно облегающий купальный костюм подчеркивал красоту форм, будто вылепленных талантливым скульптором. Иногда, когда Джейн вскидывала голову, он ловил блеск ее удивительных глаз цвета янтаря. Фрэнку казалось, что его сердце не вынесет созерцания этой неземной красоты и перестанет биться.

Его опытный глаз отметил не только удивительную женственность купальщицы — в ее движениях чувствовалась тренированность настоящей спортсменки.