Он, как ни странно, тоже показался ей почему-то знакомым, правда, Алисон никак не могла вспомнить, где видела его. Не в Алжире, в этом она была уверена, — Алисон, конечно, не смогла бы забыть такого неотразимого мужчину. Он совсем не походил на ее знакомых французов — особенно с таким ростом и худым, почти аскетическим лицом. Собственно говоря, он производил впечатление дикаря: впалые щеки, узкий орлиный, истинно патрицианский нос, жесткие чувственные губы. Это все вместе с ястребиным взором придавало ему видимость жестокости, бесстрашной решимости. Алисон не могла отвести взгляда.

— Вам следовало бы прислушаться к советам полковника, — тихо сказал он.

— Что? — недоуменно переспросила Алисон, сбитая с толку быстрой сменой темы.

— Я говорю о вашем завтрашнем путешествии. Не мешало бы иметь хоть немного страха, если не благоразумия. Бурмон прав. Иностранцы не могут быть в безопасности в Алжире, пока существуют арабы, отказывающиеся забыть о священной войне.

Алисон, окончательно выйдя из себя не только при напоминании о том, что кто-то подслушал ее разговор с Эрве, но и от наглости совершенно чужого человека, посмевшего сомневаться в мудрости ее суждений, сумела, однако, холодно процедить:

— Если вы подслушали доводы Эрве, значит, знаете и мой ответ. Наш эскорт хорошо вооружен, а вождь арабов скрывается в Марокко.

— Да, но сторонники не предали его. Конечно, у эмира Абдель Кадера может не быть регулярной армии, но его последователи готовы в любую минуту и при малейшей возможности затеять беспорядки и поднять восстание.

Девушка невольно нахмурилась. Раньше она предполагала, что незнакомец — француз, поскольку говорил бегло и куда лучше ее самой, но после такого заявления оставалось гадать, уж не принадлежат ли его симпатии другой стороне. И снова что-то в его тоне поразило ее. Он говорил так, словно предостерегал. Или угрожал?

Подавив желание нервно облизать пересохшие губы, Алисон вызывающе подняла подбородок. Взгляды их встретились. Никто не хотел отвести глаза первым. Воздух неожиданно оказался заряжен поистине грозовым напряжением, причину которого Алисон не могла понять, как ни силилась. Почему при виде этого человека ей становится трудно дышать?