— Она когда-то потеряла ребенка. Я не хочу, чтобы это повторилось. Ты не против?

— Конечно, нет, — заверила я и почувствовала, как он расслабился. Я поцеловала его. — Я рада за тебя, папа, рада за вас обоих.

Он с благодарностью, тепло обнял меня.

— Когда вернемся, спустись к морю и ознакомься с пляжем. Завтра, если Мхэр не будет лучше, я куплю тебе билет на экскурсию.

От счастливой улыбки Мхэр, когда она услышала, что я знаю о ребенке и рада за них, веяло теплом. И все же, когда я поддалась их давлению найти пляж, в мою душу закралась тень. Мой сводный брат или сестра. Как горько будет Шейле, если родится мальчик. Я оглянулась на виллы. На нашу виллу. Нет, их. Внезапно я почувствовала себя здесь посторонней. В данный момент в их отношениях не было места никому, даже добрейшему из всех людей в мире!

Ну, ладно. Я направилась на пляж. Только представьте себе: уже начало седьмого, а все еще жарко. Что меня ждет на моем первом средиземноморском пляже?

Сначала я обратила внимание только на его стройную фигуру в черном гидрокостюме, скользящую по поверхности волны за извивающимся быстроходным катером, — и тут же забыла о нем, осознав вдруг, что это topless

Я втерла солнцезащитный крем, забежала в теплое море и лениво поплыла, время от времени слыша крики спортсменов, мельком поглядывая сквозь полузакрытые веки на катер и сверкающий мокрый канат, то, извиваясь и падая, погружающийся в синее море, то натягивающийся. Я полностью отдалась усыпляющей морской воде.

Вдруг, очнувшись от резкого ожога на руке, я закричала. Еще один…, ушла под воду, задыхаясь и отплевываясь. Меня подхватила сильная, уверенная Рука.

— Trиs bien! D'accord!

В мозгу промелькнула мысль: он говорил по-французски, не по-гречески. Мой школьный запас французского был еще годен для перевода, но я была в сильном шоке, чтобы ответить на том же языке.