Она никогда никому не рассказывала о своих отношениях с Саймоном, даже тете. Ее близким и друзьям было известно только, что она вышла замуж, а потом вскоре развелась. Что до ее новых знакомых, они не знали и этого.

Набрав в легкие побольше воздуха и всеми силами стараясь побороть дрожь в голосе, Соренза сказала:

— Я не считала. В отличие от некоторых у меня нет привычки вести хронологические записи.

Чтобы посмотреть на реакцию Доуэлла, она повернулась к нему и прочитала удовлетворение на его лице. Кажется, я попала в цель, горько подумала Соренза.

— Намекаете, что я этим занимаюсь? — с угрюмой усмешкой спросил он.

— Я этого не говорила. — Намеренно выдержав паузу, Соренза добавила: — Но, как известно, на воре…

— Только не в моем случае, — перебил ее Доуэлл.

— Это хорошо, — многозначительно произнесла она.

— У меня есть свои недостатки, Соренза, но я не распутник.

— Мне кажется, джентльмен принимает мои слова слишком близко к сердцу.

На какое-то мгновение она пожалела, что наговорила лишнего. Но когда Николас повернулся к ней, она впервые за все время их знакомства увидела искорки смеха в его глазах.

— На этот раз уже вы задели меня за живое, — согласился он. — Должно быть, я сам напросился.

О нет, не делай этого! — мысленно воззвала к нему Соренза. Ты не тот человек, который легко смеется над собой. Высокомерие и самоуверенность не позволят тебе, и это написано на твоем лице.

— Итак, — лениво протянул Доуэлл, — вы отвергли меня как поклонника, да?