Ф'лар снова молча кивнул.

Лайтол судорожно сглотнул, лицо его мучительно передернулось.

Встреча с обитателем Вейра была нелегкой для изгнанника Он попытался выдавить улыбку.

– Драконы в небе! Новости летят быстрее Нитей.

– Неморта отложила Золотое Яйцо.

– Йора умерла? – с волнением спросил Лайтол, и лицо его на мгновение перестало нервно подергиваться. – А Неморта? Кто догнал ее? Хат?

Ф'лар кивнул.

– Снова Р'гул, да? – Лайтол горько усмехнулся и уставился в стену невидящим взглядом, веки его успокоились, но щека и висок опять задергались от тика.

– Вам досталось Плоскогорье? Все Плоскогорье? – резко повернувшись и делая ударение на слове "все", спросил он.

– Да, – кратко подтвердил Ф'лар.

– Вы видели женщин Фэкса, – в словах Лайтола слышалось отвращение.

Он не спрашивал, он только подтвердил очевидный факт. Помолчав, он добавил: – Так вот, лучших нет на всем Плоскогорье. – Его тон выражал высшую степень презрения. Он присел на массивный стол, занимавший почти половину крохотной комнатки. Руки его с такой силой сжали широкий ремень, стягивающий свободное одеяние, что толстая кожа сложилась вдвое.

– Похоже, ваши надежды не оправдались, – продолжал Лайтол. Он говорил слишком много и слишком быстро. Из уст любого другого обитателя холда такая речь была бы воспринята всадниками как оскорбление. Но Лайтол, человек равного с ними воспитания, мог себе позволить любой тон. Его многословие было результатом бесконечного горького одиночества, и это понимали все трое. Лайтол торопливо задавал вопросы и сам же на них отвечал, словно стремился утолить ненасытную жажду общения с людьми своего круга. Однако то, о чем он говорил, было действительно важно, и всадники старались не пропустить ни слова.

– Этот Фэкс любит женщин с пышным телом, женщин покорных, – бормотал Лайтол. – Он сломил даже леди Гемму. Все было бы иначе, если бы он нуждался в поддержке ее семьи. Да, совсем иначе. А так – он заставляет ее рожать раз за разом, втайне надеясь, что когда-нибудь роды убьют ее. Он своего добьется. Так оно и будет. – Лайтол сухо рассмеялся. – Когда Фэкс стал завоевывать холд за холдом, все благоразумные люди отослали своих дочерей подальше с Плоскогорья или изуродовали их.