— Итак, — возмутилась Августа, — я буду кормить ее, одевать и ухаживать, не имея никакого дохода от поместья Алека!

— Послушай, дорогая, — робко вмешался в разговор дядя Альфред, — бедная Элизабет совершенно не виновата в том, что…

— Но мне через каких-то шесть месяцев исполнится двадцать один год, — резко прервала дядю Элизабет. — Дядя Пол, мне не нужны никакие опекуны! Да и что здесь опекать в конце концов?

«Даже если бы здесь было что опекать, неужели вы думаете, я бы позволила наложить на это жадные и загребущие руки своей тети?» — подумала она.

— Таков закон, моя дорогая, — медленно произнес Пол Монтгомери. — Но не буду скрывать, у тебя есть другой выход из положения.

Чонси опустила голову и живо представила Гая Дэнфорта. Он остро нуждался в деньгах и очень надеялся на приданое, которое обещал ему в свое время отец. Но оказалось, что никакого приданого нет и в помине.

— Нет, дядя Пол, — она старалась говорить как можно тверже, — у меня нет другого выхода. — Она поднялась, тщательно поправляя толстую шерстяную юбку. — Если у вас больше ничего ко мне нет, я пойду приготовлю вам комнату. Тетя Августа, вы с дядей Альфредом останетесь на ночь?

Тетя Августа молча кивнула, не проронив ни слова. Чонси быстро вышла из библиотеки, раздумывая над тем, не сожалеет ли ее тетя о смерти брата и о своих грубых словах в адрес племянницы. Осторожно прикрыв за собой дверь, она услышала гневный голос Августы:

— Это просто смешно! Почему мы должны брать на себя заботы об этой девушке? Она ведь почти старая дева! Теперь уж ни один порядочный джентльмен не захочет жениться на ней! Что мы будем с ней делать, позвольте спросить, мистер Монтгомери?

Чонси не стала дожидаться ответа дяди Пола. Она и так слишком много времени уделила своей тете.

— Мисс Чонси!

— Да, Конверс? — Она резко повернулась и чуть было не столкнулась с дворецким своего отца. Проглотив горечь обиды, Чонси постаралась сохранить спокойное выражение лица. «Всплески эмоций вполне допустимы для женщины, — говаривал ее отец, широко улыбаясь, — но это позволяет людям понять, о чем она думает. А это иногда ни к чему, верно?»