Она слышала приглушенные голоса, доносившиеся откуда-то издалека, но не могла понять, о чем они говорили. Чьи-то руки прикасались к ней твердо и нежно. Кто-то пытался что-то объяснить Джинни, а она хотела только умереть, но этого ей не позволяли. На какое-то время она задремала, слишком утомленная, чтобы оказывать сопротивление, потом проснулась и безвольно лежала под мятыми простынями, прислушиваясь к неумолкавшим голосам.

— О Боже! Вы уверены, что нет другого способа? Она страшно страдает, и, говоря по правде, не представляю, сколько смогу это выдержать! Если б я знал…

— Она достаточно сильна и справится с болезнью, а вам следует поесть и поспать. Она не умрет, это я вам обещаю.

— Только это? Какого дьявола?! Что вы имеете в виду? Предупреждаю вас, доктор: если с ней что-нибудь случится…

— Черт возьми, немедленно уходите отсюда! Если хотите, чтобы я сделал то, за что вы платите, выполняйте мои требования, сэр! Я уже лечил подобных больных и потому знаю, что в определенный период самое важное для пациента — это покой. Как только вы приближаетесь к ней, она начинает кричать!

Стив ушел из дома, и два дня о нем никто ничего не знал. К вечеру третьего дня он вернулся, обросший густой щетиной. Доктор Матеус встретил его с едва заметной улыбкой:

— Ей лучше. Конвульсии прекратились, и теперь она в состоянии принимать пищу. Думаю, впрочем, что до утра вам не стоит заходить к ней.

— Вы полагаете, что она все еще может впасть в истерику, увидев меня? — Стив Морган раздраженно поскреб свою щетину. Его усталое, осунувшееся лицо и налитые кровью глаза свидетельствовали о том, что он много пил и почти не спал.

Взглянув на него, доктор пожал плечами:

— Это ваша жена, и не мне решать ваши проблемы. Но как врач советую вам отдохнуть. Ссоры и сцены в такой момент…

— Вы правы. В такой момент мне будет очень трудно сдержаться! Спокойной ночи, доктор. Простите меня, завтра утром надеюсь предстать перед вами в более респектабельном виде.