- Ну и неделька! Вначале эта тропическая духота в Венеции, теперь римские ливни, поистине, "Pioggia maggiora" - великолепный дождина - у них здесь все "великолепное". Похоже, наших девчурок кто-то сглазил, - хихикнул подсевший за столик к Шнайдеру Питер и начал энергично обмахиваться сандаловым веером. - Нам надо потребовать у "Адриуса" микроавтобус с душевой кабиной. Здесь можно просто задохнуться - от крошек невероятно несет потом. Хорошо, что пленка не передает запахи - он брезгливо поморщился, - а то поклонникам этих созданий пришлось бы туго. Питер Валдино - парикмахер-визажист, лауреат многочисленных престижных конкурсов, работавший по договору у "Адреаса" уже третий месяц, был известным в богемном мире геем под кличкой "Бабочка". Видимо, отвращение к женскому телу играло не малую роль в его профессиональном успехе: работая с моделью, Питер подсознательно старался выявить отталкивающее демоническое начало, что придавало типажам пикантность и остроту. Глумясь над женской красотой, он открыл свой стиль - точно попавший в струю авангардных эстетических установок: тонкое, порой эпатирующее балансирование на грани красоты и уродства, притягательности и отвращения. Артур не поддержал разговора с неприятным ему гомиком, делая вид, что целиком поглощен начавшейся демонстрацией. На подиуме работало семь девушек, отобранных из самой элиты профессиональных моделей. Каждая из них имела громкое имя, что означало феерические почасовые гонорары. Шнайдер внимательно наблюдал за происходящим. Первой вышла Надя в закрытом серебристом купальнике белотелая и томная, как бутон водяной лилии. За ней, оттеняя контраст, двинулась мулатка Вирджиния, стягивая на ходу ручной росписи платок с обнаженных, шоколадным блеском лоснящихся бедер. "Отлично, отлично - держим ритм, крошки!" - подбодрил взлетевший на стреле вместе со своей камерой Эжен Карно.