— Ну, я знаю его по работе.

— Понятно.

— Он говорит правду? Вы действительно лучший?

Сойер поставил чашку на стол.

— Вообще говоря, такое мнение существует.

Скромность также не входила в число его достоинств, решила Кейт, но скромность — это одно, а талант — совсем другое. Ведь ей как раз нужен человек, уверенный в своих силах.

— Я полагаю, вы также умеете сохранять конфиденциальность, — добавила она, прервав затянувшуюся паузу.

— Приходится, иначе долго не проживешь.

Кейт уловила нотки нетерпения в его тоне, но не смутилась. Она перевела взгляд на книжный шкаф и несколько мгновений рассматривала чучело рыбы на одной из полок.

— Итак, повторяю, чем же я могу быть вам полезен?

— Я хочу, чтобы вы разыскали кое-кого — одну девушку.

Сойер поднял брови.

— Сколько времени она отсутствует?

— Она отсутствует совсем не в том смысле, что вы имеете в виду. Ей девятнадцать лет, и я хочу знать ее местонахождение, — Кейт положила ногу на ногу, но тут же приняла прежнюю позу. — Она появилась на свет в госпитале в Нью-Браунфелсе; позже ее удочерили или, по крайней мере, я думаю, что удочерили.

— Продолжайте.

— Пожалуй, это все.

Сойер потер подбородок.

— Я хороший сыщик, мисс Колсон, действительно хороший. Но не до такой степени. Если я должен кого-то разыскать, мне необходимо значительно больше информации.

Кейт подвинулась ближе к столу.

— Просмотрите, пожалуйста, эту папку, и если вы не сможете или не захотите взяться за расследование, я пойму.

— Конечно, я возьмусь за него, хотя бы потому, что этого хотел бы Харлен, — он потянулся через стол, взял папку, раскрыл ее, бегло просмотрел содержимое и вновь поднял глаза на Кейт: — Негусто. Есть ли какая-нибудь конкретная причина, по которой не указаны имена родителей?

— Это не относится к делу.