Остановив машину напротив дома, Гейбриел обошел ее и, распахнув дверцу, подхватил Джоанну на руки, не дождавшись, пока она наденет туфли. Вопреки ее ожиданиям он донес ее до спальни и, уложив на кровать, лег рядом. Удивленная Джоанна моментально протрезвела. В комнате повисла напряженная тишина. Гейбриел пристально смотрел Джоанне в глаза, как будто хотел заглянуть ей в душу.

Несколько осмелев, она погладила его по щеке кончиками пальцев. Лицо Гейбриела утратило сосредоточенное выражение, а его тело напряглось от этого прикосновения. Джоанна вдруг вспомнила всю горечь их супружеских отношений и с ужасом подумала, что бесполезно пытаться пробудить в себе нежность к этому мужчине: неожиданное проявление чувств лишь поставило бы обоих в нелепое положение.

Ведь по сути ничего не изменилось! Гейбриел мило провел этот вечер и готовился завершить его столь же приятно. Нет, расслабляться нельзя: однажды поддавшись естественному желанию получить удовольствие, я буду потом страдать, не обретя взаимности, и пить горечь разочарования после очередного предательства мужа. Пусть лучше все остается по-прежнему, так я хотя бы сохраню достоинство.

Рассудив таким образом, Джоанна отпрянула от Гейбриела.

– Иди ко мне! – простер он руки.

– Я устала, – срывающимся голосом пробормотала она. – И меня мутит.

Соскользнув с кровати, Джоанна зажала ладонью рот и убежала в ванную. Ее действительно стошнило, но не от отравления алкоголем, а от мысли, что она едва не предала себя, поддавшись неуместно вспыхнувшему желанию. Умывшись и приведя себя в порядок, она вернулась в спальню.

Гейбриел, все еще одетый, стоял у окна, уставившись в темноту. Услышав ее шаги, он обернулся.

– Мне не следовало столько пить, – хрипло сказала Джоанна.