И, конечно, недалеко от Шартра мой малыш не выдержан и сломался. Я металась вдоль шоссе, размышляя, вернуться в Париж или ехать дальше автостопом, пока наконец-то не сообразила, что могу вызвать техпомощь. Бравые молодцы в комбинезонах явились часа через полтора, достаточно быстро, по их мнению. Спорить я не стала, хотя эти полтора часа показались мне веками, еще больше отдалявшими меня от моего замка. Да, честно, именно под Шартром я была готова поверить в его существование!

Часов в пять я наконец-то оказалась в Вандоме, заставила себя перекусить и к вечеру уже въезжала в Тур. Я находилась в таком напряжении, что ни красоты долины Луары, ни раздолья Турени не задевали ни моих глаз, ни тем более сознания. Я не очень хорошо представляла, что конкретно буду делать в Шенонсо, какие пять ступеней зовут меня спуститься и что там, у кромки воды, но я не сомневалась, что, только увидев Шер своими глазами, смогу успокоиться и перестать переживать по поводу фантастического наследства. Пока же я чувствовала, что почти верю в него, а это означало, что я сошла с ума.

Я плохо помню, как уже в темноте и, кажется, под дождем, проехала городок Шенонсо и почему-то оказалась на противоположной парку стороне Шера рядом с потрясшим мое воображение замком, который не портили даже уродливые леса — в замке шла реконструкция.

Я оставила машину на берегу, прихватила фонарик, а сама в полном умопомрачении и такой же темноте полезла по этим самым лесам, рассчитывая перебраться на другую сторону, где лучи прожекторов красиво подсвечивали клумбы-ковры, блестевшие в каплях дождя, и маленькую площадку перед замком. Реконструируемая же часть галереи-моста тонула в темноте. В этой темноте по шатким лесам карабкалась я — чокнутая потенциальная законная владелица этого великолепия.

Я боялась воспользоваться фонариком, я еще соображала, что наверняка здесь есть какой-нибудь сторож, а попадаться ему в руки и объяснять свои альпинистские занятия я вовсе не собиралась.