Она села в тени дерева. Ей так хотелось прислониться к стволу и отдохнуть, но она не рискнула. Она наверняка уснет, и что тогда? Этот мужчина увидит ее спящей, когда вернется с едой!

Она села прямо-прямо и стала смотреть на океан, и, вопреки ее воле, события последних суток почти воочию всплыли перед ее глазами.

Прошедшая ночь была худшей в ее жизни, как наверняка была бы худшей в жизни любого человека. Три дня назад она впервые покинула свою родную страну Ланконию. Она должна была стать официальной гостьей американского правительства, и пока ее министры вели бы переговоры с властями, американцы собирались развлекать Арию всеми доступными и благопристойными средствами. Ее дед-король объяснил ей, что их размашистое гостеприимство было вызвано попыткой уговорить его продать им ланконийский ванадий, но это их дела — ему же показалось, что Арии пойдет на пользу путешествие и смена впечатлений.

И вот началось долгое, утомительное путешествие на поездах, а потом — на военном самолете, который был спешно обставлен антикварными стульями, креслами и обит изнутри парчой. Кое-где эта обивка оторвалась от стен, но Ария сделала вид, что ничего не заметила. У нее еще будет время вволю похихикать; позже она собиралась рассказать обо всем сестре. Американцы приняли ее хорошо, но чуточку странно. Только что перед ней кто-нибудь раскланивался самым почтительным образом, а потом через минуту брал ее под локоть и говорил:

— Не оступитесь, милочка.

Они приземлились в местечке под названием Майами, и их сразу же посадили в другой, на этот раз маленький самолет, который должен был доставить их на самую южную оконечность Америки, в Ки-Уэст. Здесь в сопровождении почетного эскорта Ария должна была посетить большую военно-морскую базу, куда прибывали на ремонт покалеченные войной корабли. К несчастью, ее двухнедельное пребывание здесь было до отказа заполнено поездками на мелкие базы, визитами в военные госпитали и занудными ленчами с благотворительными вдовушками.