— Восемнадцать, — уточнил Ренат, любивший точные цифры.

— Классное было время, — согласился Семен. — А помните, как все началось? Взяли карту, ткнули пальцем наугад, и поехали.

— Классное было время, — согласился Ренат. — В Москве тогда с пивом уже туго становилось, а в Нововладимире — полчаса на автобусе от Камышевска — на вокзальной площади бочка стояла. Я как увидел, так и обалдел… Двадцать копеек кружка — и хоть залейся.

— А в театре, Хан, помнишь, в Нововладимире театр такой здоровенный, сталинской архитектуры, так в антракте портер продавали. Это сейчас — портер, а тогда — ПОРТЕР! — многозначительно уточнил Дима.

— Я в том театре впервые посмотрел спектакль… как его? — Семен постучал себя по лбу. — Имена такие одинаковые…

— Ничего, скоро ты мой спектакль там посмотришь, — Дима подмигнул. — Спектакль моего сочинения.

— Ну да?! Димка, это ж класс, неужели, твою пьесу поставят? Ты, значит, ее написал, а актеры все сыграют, и люди будут смотреть и радоваться? Здорово! Я вот твой рассказ в «Технике-молодежи» читал, давно еще, как его, «Счастливчик…» с какой-то там планеты… Хоть и фантастика, а, знаешь, плакал. А вот чтоб спектакль… — Семен восхищенно смотрел на друга. — Счастливый ты, Димка. Я всем рассказываю, какой у меня кореш талантливый.

— Да это — так, пустяки, — Дима скромно махнул рукой. — Просто главреж театра давно меня просил, вот я и подумал, воспользуюсь случаем, раз туда едем отдохнуть, заключу с ними договор. Так что, старики, простите, решил совместить приятное с полезным.

— А я просто отдохнуть еду, — сообщил Ренат, несколько уязвленный успехами друга. — Устал, братцы. Бизнес — он все соки из тебя сосет. И «тачку» заодно обкатаю, — он любовно посмотрел на джип. — Что ни говорите, люблю я классные машины. Самая последняя модель. Из первой партии лимит для России — всего три штуки. За год очередь занимал. Сто двадцать тысяч долларов. Но такая сейчас только у меня, да еще… Ну, не стоит имен называть, коммерческая тайна. Жемчужина моего гаража!