— А у тебя их сколько? Машин? — спросил Дима, косясь на джип.

— Еще две. Двухдверный «мерс» с откидным верхом для загородных прогулок и «Тойота» для жены, так, дешевка, все равно она их каждый месяц долбает, — Ренат пренебрежительно махнул рукой.

— А зачем тебе с отрытым верхом для загородных прогулок? — спросил Семен. — Разве на джипе плохо?

— Ну ничего не понимает в женской психологии! — Ренат всплеснул руками. — У меня в студенческие годы любовь была, потом в Америку уехала. Может, помните — худощавая, но с полными ногами. Молоденькая была — ох, хо-орошенькая. Прошлым летом приезжала в Москву. Лицо то же, а жопа — во! — он развел руками так, что получилось нечто невообразимое. — Но все равно, что-то в сердце всколыхнулось. В ресторан пригласил, туда-сюда, шашлык-машлык, культура-мультура… Ну, пресыщенная баба, сами понимаете, у нее там в Америке муж миллионер. А посадил в тачку, да с отрытым верхом сто двадцать километров по Дмитровскому шоссе к себе на виллу… Экстаз. «Жарил» ее потом два дня, она и пошевелиться не могла, куда там американский муж! Из постели не вылезал, не поверите, только там чего выпить и поесть, и сразу обратно.

— Ты можешь — ДВА дня подряд?!.. — Димка округлил глаза.

— Я же блюда, которые своему повару заказывал, просил петрушкой посыпать погуще, — скромно пояснил Ренат.

— Два дня — это не срок, — небрежно заметил Семен.

— То-то у тебя детей столько, — хмыкнул Ренат. — Завидую твоему здоровью. Я слышал, твоей младшенькой года еще нет. Ну ты даешь, старик! Седина в бороду, бес в ребро. Или пониже…

— Молодые были — дураками были. А теперь — считай пятый десяток разменяли, а дураками остались, — ни с того, ни с сего выдал Дима.