Внизу ее ждал еще один удар. Плешивый внучек быстро подскочил к ней, выхватил из рук сумку, расстегнул ее и стал методично вываливать на диван вещи. Ошеломленная Франческа с ужасом смотрела на происходящее. Потом к ней вернулся голос.

— Что… вы… делаете?!

— Проверяю, не прилипло ли к вашим ручкам что-нибудь ценное. Так часто бывает в спешке. С такими, как вы.

— Да как вы смеете…

— Порядок. Я не зря приехал так неожиданно. Вы небось рассчитывали, что я появлюсь только к вечеру? Прощайте, милочка. Ключи не забудьте оставить.

Так и вышло, что через неполных сорок минут после появления внука мадемуазель Галабрю в шесть с четвертью утра Франческа Мэллори оказалась на улице в самом прямом смысле этого слова. Сумка сиротливо жалась к ее ногам, из нее в разные стороны торчали неряшливо скомканные вещи. Сама Франческа пребывала в ступоре, кроме того, ей было жутко, невыносимо стыдно и мерзко. Подумать только, ее обыскали! Обыскали, словно воровку, да еще кто! Плешивый придурок в идиотской шляпе пирожком! Где он ее взял-то, идиот!

Кулачки сами собой стиснулись, на глазах закипели злые слезы, Франческа закусила губу. Хватит с нее Франции! Величайшее заблуждение на земле — галантные французы! Жадные, расчетливые ханжи, вот они кто. Мушкетеры давно вымерли, им на смену пришли толпы галантерейщиков Бонасье! Боже, как стыдно и как противно.

— Мадемуазель?

Она подпрыгнула от неожиданности и резко обернулась. Ее главный враг, почтальон Шарль стоял и смотрел, как она едва не плачет и бессильно стискивает кулаки.

— Это вы… Напугали.

— Явились наследники и выгнали вас из дому?

— С чего это вы взяли? Я просто гуляю. Не спится, знаете ли.

— Ну да. Понимаю. А это ваш ридикюль? Или несессер?

Франческа уже открыла рот, чтобы выпалить что-нибудь обидное, но в этот момент слезы прорвали плотину, и она самым позорным образом разрыдалась на плече своего врага, бессвязно бормоча жалобы на плешивого внука, бедственное положение и вообще на всю свою неудавшуюся жизнь.