– И не запрещает. К тому же, я заведу себе жену. Том прыснул, но тут же подавился, увидев неодобрительный взгляд брата.

– Да спасет Господь нас и нашего старика, всего три дня назад нас покинувшего. Я не хотел его обидеть, ты же знаешь. Но клянусь: он решил напоследок позабавиться! – он снова прыснул и пожал плечами. – У тебя не хватит денег, чтобы все это содержать, Морри. Забудь про жену.

Моррис поправил очки и нахмурился.

– Наш отец оставил даже больше, чем я мог ожидать.

– Ну-ну!. Этого хватит всего на неделю! Прости меня. Господи, ты собрался жениться на этом доме?

– Нет. выберу я себе женщину, а уж все остальное предоставлю ей.

Том уставился на брата круглыми глазами.

– Разрази меня гром, я начинаю верить, что это место превращает тебя в нашего старика! Морри, Морри, распрями спину, очнись!

Моррис улыбнулся.

– Я добьюсь гораздо большего до того, как «Гордость Тома» успеет меня изменить, понимаешь, Том? Местечко, на самом деле, слишком неплохое, чтобы его продавать или просто забросить.

– Если бы у меня было две тысячи гиней, – возразил Том, – то я послал бы эту «Гордость» ко всем чертям. Моррис взглянул на брата.

– Успокойся, Том, ты прекрасно знаешь, что свое получишь! Выбирай, как хочешь: тысячу, две или двадцать?

– Благодарю тебя, Морри, но я не собираюсь сесть тебе на шею! И не уговаривай меня. Лучше расскажи поподробнее про свою будущую жену. Кто у тебя на примете?

– Я пока еще не решил, – ответил Моррис и сладко зевнул. – Их кругом такое множество, бери не хочу!

– И то правда, ты ведь у нас просто красавчик. Бьюсь об заклад, что это Люси Фармер? Морриса передернуло.

– Нет уж, увольте, скорее, Марианна Темпест.

– Дочка старого Катлхилла? Да она прибьет тебя в первый же месяц.

– Но за ней дают приличное приданое.

– Ты все же подумай, Морри! За такую мегеру и двадцати тысяч приданого мало!