– А что скажешь о Джейн Баттерфилд? Томас в задумчивости вытянул нижнюю губу.

– Я, конечно, ничего не имею против нее, но, Морри, Господи, ты сам-то сможешь ее терпеть?

– Я еще не пробовал, – парировал Моррис.

– И не успеешь, женитьба – это полный конец всем прелестям жизни. Ты ведь не можешь сначала пожить с ней вместе месячишко-другой, а потом уже принимать решение. Да и девушка вряд ли на это согласится.

– Даже если бы и согласилась, то ее потом все равно замуж бы не взяли, – заметил Моррис. – Жаль. Хотя я все равно в любом случае не смог бы жить с Джейн.

Томас уселся на стул.

– Дело в том, Морри, что мы, Жеттаны, можем жениться только по любви. Никто из нас не женился без любви, причем неважно, был ли брак по расчету или нет.

– Это старомодно, – возразил Моррис. – Женятся для удобства и комфорта, а при этой можно влюбляться хоть пятьдесят раз!

– Как, одновременно? Я полагаю, Морри, что это как раз и окажется не очень удобно. О Боже! Могу себе представить: пятьдесят раз влюбляться, дьявол тебя побери! Тут и с тремя можно с ума сойти, разрази меня гром!

Моррис сжал свои и без того тонкие губы.

– Брось чушь молоть! Пятьдесят возлюбленных распределяются на протяжении всей жизни, и ты не связан обязательствами ни с одной из них. Это блаженство!

Томас повертел указательным пальцем у виска, при этом его пухлое добродушное лицо вдруг сделалось серьезным'.

– И ни одна из этих возлюбленных не будет настоящей, Морри. Если бы ты встретил свою судьбу, то никогда бы не стал зачислять ее в этот отряд! Послушай совета, приятель, давай не нарушать семейную традицию! Помнишь пословицу из наших родовых старинных преданий, где говорится: "В молодости все Жеттаны – шалуны. Но женятся по любви, и в результате у них счастливая старость и покой. Не знаю, правда ли насчет степенной старости, но, может, только те люди, которые женятся по любви, приобретают добродетель? Ты ведь не будешь ломать традиции?