— Вот и прекрасно, потому что я намерена кое-что предпринять и не знаю, сколько времени это отнимет.

— Ты наконец решила поддаться на уговоры и написать автобиографию? — предположила Конни. — Можно прикинуть, сколько времени это потребует…

— Пока не стоит. Я эти займусь, но не теперь. Сначала нужно сделать нечто, что добавит к ней еще одну главу.

— Уж не замуж ли ты собралась? — спросила Конни, стараясь не глядеть на Барта, чтобы не прыснуть.

Но Мэгги вопрос не показался смешным.

— Два брака — более, чем достаточно, — ответила она, и тут лицо ее опять озарилось лучезарным светом. — Тем не менее я собираюсь стать матерью!

— Боже! — выдохнул Барт, делая в уме лихорадочные подсчеты.

— Кем? — еле выговорила Конни.

Мэгги звонко рассмеялась.

— Вы оба напрасно испугались, — успокоила она их. — Речь идет о том, чтобы стать матерью уже рожденного ребенка.

— А, вот оно что, — с облегчением протянула Конни. — Ты, стало быть, собираешься взять приемыша.

В это Конни не могла поверить при всем желании. Дети и Мэгги — вещи абсолютно несовместимые.

— Опять ошибка. Я собираюсь искать ребенка, который был взят в чужую семью. Много лет назад. — Она хлопнула в ладоши, возвещая момент, когда будет молвлено главное.

— Я хочу, чтобы вы помогли мне найти мою дочь. Двадцать семь лет назад я отдала ее в чужие руки.

Повисло молчание. Прервать его смогла только сама Мэгги.

— Я следую твоему совету, Барт. Буду исполнять роль матери. Только не на сцене и не в театре, а в жизни. Я буду матерью своей собственной дочери. Для этого вы должны найти ее. Сама я не могу этим заняться, слишком уж я известна. А вы с Конни сможете. Я сообщу вам все необходимые сведения, надеюсь, поиски не окажутся трудными.

Барт наконец справился с голосом и остановил поток словоизлияния.