- Ну что ж, ничего страшного, - решил наконец Филип, видя, что дочь искренне раскаивается. - Миссис Эллис сможет перед уходом расчесать тебе волосы. Я принес тебе кое-что, дорогая, - добавил он, вынимая из кармана длинный темно-зеленый бархатный футляр. - Ожерелье. Можешь надеть его сегодня - оно очень пойдет к твоему наряду.

Мередит нетерпеливо ждала, пока отец пытался открыть замочек. Конечно, это золотой кулон или даже...

- Это жемчуг твоей бабушки Бенкрофт, - объявил наконец Филип, и Мередит потребовались нечеловеческие усилия, чтобы скрыть разочарование, когда отец извлек из футляра длинную жемчужную нить.

- Повернись, я сам его застегну.

Двадцать минут спустя Мередит снова стояла перед зеркалом, безуспешно пытаясь убедить себя, что она неплохо выглядит. Волосы снова свисали с плеч прямыми девчоночьими прядями, но последней каплей оказался жемчуг. Ее бабка носила ожерелье почти не снимая, и, по правде говоря, оно было на ней даже в минуту смерти. И теперь жемчуг свинцовым грузом лег на грудь Мередит.

- Прошу прощения, мисс.

Знакомый голос дворецкого заставил девочку поспешно обернуться.

- Внизу стоит некая мисс Понтини и утверждает, что она ваша школьная подруга.

Осознав, что правда наконец вышла наружу, Мередит бессильно опустилась на кровать, отчаянно пытаясь найти выход и прекрасно понимая, что попала в собственную ловушку.

- Пожалуйста, позовите ее.

Через несколько минут появилась Лайза, ступая так осторожно, словно попала на незнакомую планету.

- Я пыталась дозвониться, но телефон был занят целый час, поэтому рискнула приехать.

Остановившись посреди спальни, она принялась внимательно изучать обстановку:

- Кстати, кому принадлежит эта куча булыжников? В любое другое время столь неуместное сравнение заставило бы Мередит рассмеяться. Теперь же она смогла лишь тихо, напряженно сказать: