Она приложила палец к его губам, чтобы помешать ему говорить дальше. Он, видимо, не понял причины своего любовного порыва, она же все прекрасно понимала, но отнюдь не собиралась позволять ему портить момент своими извинениями.

— Мне понравилось целоваться с тобой.

Он схватил ее руку и прижал ладонью к своей груди, к тому месту, где отчаянно билось его сердце.

— Мне тоже понравилось целовать тебя. — Джек улыбнулся, нежно и ласково глядя на нее. — Мне кажется, что эти конфеты более чем оправдывают свое название. Остается надеяться, что они не вызывают подобной реакции у всех, кто их пробует.

В его тоне слышалось удивление, но он не представлял, насколько был близок к истине.

— А разве это было бы так уж плохо? — спросила Кейла.

— Наверное, нет.

Она подумала, что интересно было бы проверить, что бы случилось, если бы Джек съел все конфеты «Райский поцелуй». От этой греховной мысли, вызвавшей новое желание, она задрожала всем телом.

Джек нежно прижал теплую ладонь к ее щеке.

— Пожалуй, я лучше пойду, потому что если останусь, я съем тебя всю, кусочек за кусочком…

Дрожь пробрала ее до позвоночника, когда стих его глубокий голос. Она с трудом удержалась от эгоистичной просьбы: останься, останься, останься!

Было видно, что Джек выбит из колеи своей реакцией — но не в плохом смысле, судя по пламени, горевшему в его глазах. Однако ему, безусловно, требовалось время, а ей оставалось только надеяться на то, что, когда действие ее возбуждающих конфет закончится и реальность вступит в свои права, он не пожалеет о том, что произошло между ними в этот вечер.

Первое свое извинение он принес, освободившись от вполне понятного шока, вызванного своего рода любовным дурманом. Следующее, которое последует после тщательного размышления на свежую голову, ей будет слишком тяжело перенести.