Через несколько секунд, справившись с потрясением, девушка подняла подбородок, чтобы придать себе хоть немного храбрости, и взглянула Люку прямо в глаза, проклиная непроизвольную реакцию своего тела. Ну как он может оказывать на нее такое магическое действие после всех унижений, которые ей пришлось вынести?

Его красота поразила ее при первой же встрече с ним. Было что-то ястребиное в его лице, в острых скулах, в носе с небольшой горбинкой.

Внимательные и расчетливые глаза Люка сверкали из-под густых черных бровей. Было трудно поверить, что эти глаза иногда смягчались, что жесткая линия рта превращалась в чувственную, когда он целовал Эмили с бурной страстью, заставлявшей ее жаждать большего…

Отвращение к себе затопило Эмили. Как она может желать его сейчас, когда он с таким презрением разглядывает ее? Она стремительно скрестила руки на груди, чтобы скрыть явные признаки возбуждения. Люк явно отметил это — девушка увидела, как его губы скривились в сардонической усмешке.

— Но в некоторых вещах ты всегда была по-настоящему щедрой. Я имею виду секс.

— Иди ты к черту со своим сексом! — Слезы обожгли ей глаза. Как он смеет обращаться с ней как с дешевой шлюхой? — Я удивлена, что ты еще хоть что-то помнишь обо мне. Ведь ты всегда был чем-то занят.

Сейчас не время обнажать душу, рассказывая обо всех перенесенных ею страданиях, которые она испытывала в долгие темные ночи, ожидая его возвращения домой.

Эмили посмотрела в сторону дома.

Конечно, Луаре не легко проводить экскурсию по кухне, прижимая Жан-Клода к груди. Чем раньше Эмили заберет сына, тем лучше. Она рискнула еще раз взглянуть на непроницаемое лицо Люка.

— Извини, я должна пойти в дом и взять сына.

По тому, как Люк пронзительно смотрел на нее, Эмили поняла, что он читает ее мысли. Время уходит, подумала она, взглянув на часы. Водитель автобуса уже проявляет нетерпение, и, если она не поторопится, то они могут опоздать на самолет.