— Уже два года, детка, как двойняшки Дона повыходили замуж.

Ванда вздохнула. Все верно. Дон Слейтер, давнишний приятель Софии, теперь свободен для брака. Вот почему мать последнее время уверяла ее, что прекрасно сможет жить одна и что Ванде не обязательно переезжать. Какое-то время так и было: почти каждый день Ванда звонила матери по телефону и несколько раз приезжала навестить ее. Наконец, пару месяцев назад, она вернулась домой насовсем. В самом деле, что ее удерживало на Аляске? Дейва уже два года не было в живых. И хоть София для виду возмущалась, ее довольное лицо говорило Ванде, что мама рада возвращению дочери.

Ей необходимо было переехать домой по многим причинам, но от этого не становилось легче. Особенно теперь, когда в город вернулись молодые Беренджеры. Она уже столкнулась с Кевином в аптеке, да и с Алеком, который недавно открыл в городе медицинскую практику, она тоже рано или поздно встретится.

Стив тоже увидит Билла.

При мысли о сыне Ванда закусила губу. Теперь обратного пути нет. Она вернулась домой навсегда. Так лучше для ее матери, для нее и для Билла. Довольно убегать от прошлого.

О господи.

Ванде казалось, что она крутится на сломанном «чертовом» колесе. Ее замутило, стало трудно дышать. Мать с беспокойством посмотрела на нее, и Ванда попыталась улыбнуться.

— Трудно поверить, что я вернулась навсегда.

— Но ты думала не об этом, — проницательно заметила София.

— Нет, об этом, о Дейве и Билле... обо всем. Мне трудно привыкнуть.

София посмотрела на фотографию Дона на туалетном столике.

— И мне очень трудно поверить, что Дон теперь свободен. Но ведь мне полагалось бы думать сейчас о внуке...

Ванда почувствовала укол совести. Зачем нагружать маму сомнениями накануне свидания?