Она поставила фильм в нужное место, обернулась и почувствовала сексуальную энергию, исходящую от Стива. О господи.

— Мы поговорили. Ты увидел Билла. Теперь иди.

— Видел, но не познакомился с ним. Не поговорил. — Он придвинулся ближе, и Ванда ощутила, как от его тела волнами исходит жар. — Я не уйду, пока не поговорю с ним.

О боже, он занимал так много места. И так возмужал. Плечи стали шире, а грудь более мускулистой. Волосы по-прежнему были густыми и длинными. Ей захотелось сорвать кожаный ремешок с «конского хвоста» и запустить пальцы в непослушные пряди. Его упрямый подбородок покрывала сексуальная щетина, темные брови сошлись на переносице.

Сейчас он выглядел еще привлекательнее, чем когда был подростком. И в то время Ванду никто так не искушал, как Стив Беренджер.

Но неужели она простит его? И Билл... Нет, его отец — Дейв, и точка.

Стараясь выиграть время, чтобы подумать, Ванда повернулась и пошла к полкам с историческими фильмами. Почувствовав его взгляд, она на мгновение перестала дышать. Прекрати, приказала она себе.

— Так теперь ты занимаешься видеопрокатом?

— Ты все замечаешь, Стив, верно?

— Именно. Но я полагал, что ты стала учительницей.

— Что? — Она удивленно посмотрела на него. Он улыбнулся.

— Ты часто говорила, что мечтаешь окончить педагогический.

— Ты это помнишь?

— Я все помню, — тихо признался он.

Она закрыла глаза, пытаясь прогнать из памяти события пятнадцатилетней давности. Забыть то, что она не помнит? Стив тем временем подошел еще ближе. Как только он опустил руки ей на плечи, глаза у нее расширились и она инстинктивно качнулась к нему. Однако в следующее мгновение Ванда опомнилась и отскочила на несколько шагов.

— Перестань говорить подобные вещи.

— Почему?

— Потому что... — Она запнулась. — Потому что мы больше не дети, Стив. Времена изменились. И я тоже.