Ванда вздохнула.

— И ты сказала ему, что это был Стив.

— Конечно.

— А что еще он сказал тебе?

— Кроме того, что видел, как вы целовались?

— О господи. — Ванда опустила голову, вспоминая тот огненный поцелуй. — Я вела себя как идиотка.

— Совсем нет, — со смехом возразила София. — А у Билла не всегда будет болезненная реакция на других мужчин в твоей жизни.

— Мне нужно поговорить с ним, — решила Ванда.

— Его здесь нет.

— Нет? А где же он? Все еще у Джейсона?

— Нет, — ответила София, похлопывая дочь по руке. — Он пришел домой не так давно, взял велосипед и уехал.

— И куда, интересно?

— На ранчо Беренджеров.

— Что? — Она подскочила и начала расхаживать по комнате. — Зачем?

София внимательно посмотрела на нее.

— А как ты думаешь? Он захотел поговорить со Стивом.

— О-о, — застонала Ванда, хватая сумочку и направляясь к двери. — Только этого недоставало.

— Не стоит так нервничать, Ванда.

— Ты не понимаешь. Билл никогда не видел, чтобы я целовала мужчину. Наверное, он в ярости и сбит с толку. Кроме того, я не хочу, чтобы он снова встречался со Стивом. Из этого не выйдет ничего хорошего.

— Интересно.

— Что?

— Сама-то ты не прочь пообщаться со Стивом. Забавно, что ты не хочешь подпускать к нему Билла.

Сквозь широкое окно падал солнечный свет и окрашивал в золотистые тона стены гостиной. Тепло родного дома постепенно успокаивало Ванду. Но как объяснить матери свои чувства к Стиву, когда она сама толком в них не разобралась? А уж о тайне его рождения никто и никогда не узнает.

— Мальчик имеет право познакомиться со всей своей семьей, — тихо заметила София.

— Ну, положим, «своей семьей» Беренджеров можно назвать с натяжкой, — ответила Ванда. — Я хочу, чтобы он оценил и полюбил Мэтта. — Старик ее тайну не выдаст, это точно. — Больше узнал бы о своем отце. Но я не слишком доверяю Стиву.