— Ну-ну, — проговорила София, подходя к ней. — Не потому ли это, что ты не доверяешь себе, когда находишься рядом с ним?

Ванда напряженно молчала.

— Дорогая, даже когда вы были детьми, вас определенно связывало нечто большее, чем просто дружба. Это было заметно каждому, кто видел лицо Стива, когда он смотрел на тебя.

— О боже...

— На самом деле, когда ты сообщила мне и своему отцу, что беременна, я ожидала услышать, что отец ребенка — Стив.

— С чего бы вдруг? — устало возразила Ванда. — Дейв был моим женихом.

— Знаю, дорогая. Но между тобой и Стивом существовала особая связь, которой не было у вас с Дейвом.

Ванда помнила разочарование на лицах родных, когда они узнали о том, что она выходит замуж и собирается стать матерью. Но ей и в голову не могло прийти, что София была больше удивлена ее выбором, чем самим фактом беременности.

Если бы она той ночью не потеряла сознание, не убежала бы от Стива и всего, что он заставил ее почувствовать, он был бы законным отцом Билла. Но случилось по-другому. К тому же Стив вселял в нее тогда страх и неуверенность. Так же, как и сейчас.

— Не могу поверить, что ты говоришь мне такие вещи. Связь? Со Стивом? Мне было всего семнадцать.

— Но сейчас уже нет, — тихо возразила София. — И знаешь, думаю, даже тогда ты хотела быть со Стивом. Просто боялась признаться в этом самой себе.

— Ошибаешься, мамочка. Я встречалась с Дейвом, и меня вполне устраивали наши отношения. А со Стивом я все время чувствовала себя... словно на краю пропасти.

— Люди меняются, — напомнила София.

— Нет, не меняются, — вымолвила, грустно улыбаясь, Ванда. Она поднялась, быстро обняла мать и пожелала: — Хорошо повеселись. — Потом побежала к машине.