- Почему? - спросил он ошеломленно.

- Либо ты держишь меня в стороне, чтобы меня защитить, либо у тебя есть другие причины. И хорошо, если это будут очень веские причины, а не дурацкое мужское самолюбие.

Жан-Клод снова засмеялся. На сей раз звук обертывал меня, как фланель, теплый и уютный, мохнатый и мягкий по обнаженной коже. Я встряхнула головой. Один уже смех Жан-Клода был вторжением в мой внутренний мир.

Я повернулась к нему, и что-то, наверное, было в моем лице, потому что смех Жан-Клода оборвался, как не бывало.

- А вы можете проваливать отсюда ко всем чертям. Вы уже достаточно сегодня развлеклись.

- Что вы имеете в виду, ma petite? - Его красивое лицо было чисто и непроницаемо, как маска.

Я встряхнула головой и шагнула вперед. Все, ухожу. У меня есть работа. Ричард взял меня за плечо.

- Ричард, пусти. Я на тебя сейчас сильно зла.

Я не глядела на него - не хотела видеть его лица. Потому что если бы на нем было огорчение, я могла бы ему все простить.

- Ричард, ты ее слышал. Она не хочет, чтобы ты ее трогал. - Жан-Клод скользнул ближе.

- Жан-Клод, не вмешивайтесь!

Рука Ричарда мягко сжала мое плечо.

- Она не хочет тебя, Жан-Клод.

И в его голосе был гнев, больше гнева, чем должно бы. Будто он убеждал себя, а не Жан-Клода.

Я шагнула вперед, стряхнув его руку. Хотела взять ее, но не стала. Он скрывал от меня какую-то дрянь. Опасную дрянь. А это недопустимо. Хуже того, он где-то в глубине души думал, что могу поддаться Жан-Клоду. Что за бардак!

- Имела я вас обоих, - сказала я.

- Значит, вы еще не получали этого удовольствия? - спросил Жан-Клод.

- Это надо спрашивать у Аниты, не у меня, - ответил Ричард.

- Я бы знал, если бы это было.

- Врете, - сказала я.

- Нет, ma petite. Я бы учуял его запах на вашей коже.

Мне захотелось ему врезать. Желание расквасить эту смазливую морду было просто физическим. У меня плечи свело и руки заболели. Но я знала, что не надо. На кулачный бой с вампирами не следует напрашиваться. Это сильно сокращает среднюю продолжительность жизни.