— Алессандра! — Эндрю опять ворвался в ее мысли. — Ради Бога, иди и купи платье за счет компании.

— Нет!

— Да. — Он засмеялся. — Все в порядке, к тому же я, как твой босс, приказываю тебе! Рассматривай это как часть премии за появление у нас нового клиента.

— А если мы проиграем? — спросила практичная Алессандра.

— Мы выиграем, выиграем, — уверенно сказал Эндрю. — Мы с тобой просто обязаны выиграть!

Алессандра едва не падала от усталости. Ее челюсти болели от улыбок, а ноги окончательно отказывались служить. Она стояла у стойки бара Генри, на самом видном месте, и покорно пила шампанское с будущими американскими клиентами, которые с энтузиазмом выслушивали ее идеи.

— Мы ценим ваш причудливый британский стиль, — искренне сообщил ей более старший, которого звали Билл.

— Несомненно, — поддакнул его коллега, чьи глаза весь вечер были прикованы к вырезу ее платья.

Алессандра решила, что, если они выиграют, она никогда не наденет наряд с глубоким декольте, иначе все мужчины будут смотреть на нее так же плотоядно. Ирония заключалась в том, что она купила платье в надежде, что Камерону оно понравится: он обожал, когда она носила черное.

Но в примерочной Алессандра так спешила, так старалась скорее вернуться, не ошибиться в выборе фасона и длины платья, что позволила мнению молоденькой продавщицы перевесить ее собственное. И, выйдя из магазина в эффектном наряде, она поняла, что обновка выставила напоказ гораздо больше, чем обычно, привлекая внимание к ее пышной груди. Черный цвет делал ее кожу матовой, почти как сливки. Факт, который, очевидно, не был пропущен более молодым из двух американцев.

Алессандра неохотно приняла приглашение Эндрю присоединиться сразу после выпивки к их раннему ужину. Потом все вчетвером переместились в «Савой», где отведали икры и омаров, сопровождая все это большим количеством шампанского. Алессандра чувствовала себя отяжелевшей, уставшей и изнуренной и в девять тридцать попросила извинить ее, объяснив, что муж прилетает из Штатов и ей хотелось бы быть дома, чтобы встретить его. При мысли, что скоро она увидит Камерона, пульс ее участился.