«Дорогая Стейси! Как ты понимаешь, мне сложно писать это письмо, но мне очень хочется тебя увидеть. Ты, должно быть, удивлена, что я молчал несколько лет, прежде чем сказать это. Этому может быть только одно объяснение — упрямое и жестокое сердце старого человека. Я очень сожалею и надеюсь, что ты меня простишь, если не ради себя, то ради Алексиса.

Я очень любил своего сына, несмотря на то что был с ним в ссоре, будучи не в состоянии примириться с его, как мне казалось, глупостями молодости. Я уверен, что, если бы он был жив, мы бы сумели пойти на взаимные уступки, решить наши проблемы и снова стать друзьями.

К сожалению, этому не суждено было случиться. Алексис погиб в этой автокатастрофе, во время которой ты тоже пострадала. Я очень тяжело пережил эту трагедию. Я не присутствовал на погребении, потому что пребывал в шоке. Быть может, если бы я не был в таком ужасном состоянии и ты не была больна, все бы сложилось по-другому. Кто знает? Мы бы могли стать друзьями. Что было, то было. За эти годы между нами выросла еще большая пропасть. Ты отказалась от моей финансовой поддержки. Я уверен, из-за солидарности с Алексисом. Я тебя не виню. Напротив, я уважаю твое мужество и гордость, но эти качества не способны привести к терпимости и прощению.

Теперь мне приходится унижаться. Но я хочу знать — может быть, еще не поздно?

Я старый человек, и я не вечен. Мое самое сокровенное желание — увидеть тебя и своего внука прежде, чем я умру. Я не смею просить тебя простить меня и забыть прошлое. Но ты могла бы приехать посмотреть Меленус, увидеть страну, частью которой является твой сын. Здесь дом, который должен был бы быть твоим домом и домом Никоса. Это его наследие.