С другой, теперь утрачена возможность вступить с Картусовым в рискованную, но увлекательную игру. Можно было бы рассказать ему часть правды о задании, полученном от Ротвеллера, – всё равно это уже никакой не секрет. Взамен удалось бы попасть в Институт пролетарской ингениологии и получить ценнейшие сведения, прямо из первоисточника. А тогда уже решить – прежде всего для самого себя – на чьей тут стороне истина.

– Нужно уносить ноги, – сказал вернувшийся в комнату Айзенкопф. – Я открыл окна на кухне. Товарищи чекисты крепко спят. Стрелять опасно, придется их удавить. Но сначала троих конвоиров, а то очнутся.

– Ни в коем случае! – Доктор был возмущен. – Наоборот, нужно оказать им первую медицинскую помощь.

Он осмотрел охранника, которого сам же оглушил ударом в затылок.

Сотрясение мозга. Тяжелое. Но опасности для жизни нет.

– Этот очнется нескоро.

Женщина, лежащая в коридоре, кажется, получила перелом позвонков.

– Зоя, нужно ее осторожно перевернуть и зафиксировать голову.

Меньше всего Гальтону понравился товарищ Иванов. Испугавшись за княжну, Норд стучал беднягу о дверь слишком сильно и, кажется, проломил ему череп.

– Дышит, но очень плох…

– Вы еще «скорую помощь» вызовите! – Биохимик покрутил пальцем у виска. – Их всех нужно прикончить! Они знают нас в лицо. А так останется только начальник. Вряд ли он станет лично шнырять по улицам, чтобы нас разыскать.

– Нет, – твердо сказал Норд. – Больше никаких убийств.

Зоя его поддержала:

– Эти люди всего лишь выполняли свою работу. И вели себя вполне корректно.

– Чистоплюйка! А вы слюнтяй! Мне-то что! Я лицо могу и поменять…

Но спорить немец перестал. Должно быть, вспомнил, что из семерых чекистов «чистоплюйка» нейтрализовала пятерых, «слюнтяй» двоих, а он сам ни одного.

– Давайте вооружимся, захватим самое необходимое и будем сматываться . – Гальтон очень к месту ввернул хорошее жаргонное слово, да еще и прибавил уместную поговорку. – Скорому зайцу и волк нипочем.