Прежде чем Эбби успела возразить, Флинн взял ее под локоть и вывел на террасу. По правде говоря, девушка и не сопротивлялась. Совершенно неожиданно в гостиной стало нестерпимо жарко.

Флинн, оказывается, рисовал! Фрэнк Грэйнджер пусть и не в лоб, но сказал ей об этом сегодня утром. А она, глядя на свежепокрашенные доски в доме Пауэллов, сделала поспешное и неверное заключение.

— Ох, идиотизм, — проговорила она. — Как я могла забыть, что на стенах уборной для девочек ты не писал какие-нибудь непристойности, а рисовал карикатуры, чем и навлек на себя ужасный гнев!

— В один прекрасный день они, надеюсь, пожалеют, что закрасили стену вместо того, чтобы сохранить мои первые шедевры, — усмехнулся Флинн и, положив руку девушки на свою, с сомнением оглядел ее туфли. — А ты разве готова к прогулке по саду? Хотя аллеи и посыпаны гравием, но...

— Если что, жаловаться не буду. А вот тебе, по-моему, одного сада в день вполне достаточно. Кстати, а зачем ты тратишь время на уход за цветами Флоры Пемброук? Только не говори, что не знаешь, как превратить рисунки в наличные, поэтому, мол, и торчишь на клумбах. — Она махнула рукой в сторону дома. — Там, без всякого сомнения, охотно покупают работы такого качества.

— Время от времени. Но пока еще не столь регулярно, как бы мне того хотелось. А Флора сдает мне комнату над гаражом за ничтожную плату, поскольку я, когда у меня выпадает свободное время, помогаю ей по дому и в саду. Она счастлива, что рядом есть мужчина, а я доволен, что не надо устраиваться на постоянную работу.