– Что с тобой, Вадим? – тихо спросила она.

– Сегодня дважды был там, – сказал Вадим. – Так часто никогда не было. Странная планета...

Он отступил в темноту и исчез. Под куполом заурчало, сверху заструился колючими лучами звездный свет – купол раздвинулся. Визгливо заработали сервомоторы люльки. Ирина увидела уходящее вверх пятно и почувствовала себя ужасно одинокой, будто Вадим поднимался не под купол, а в другую галактику. Она прислонилась лбом к стеклу, но снаружи было темно, и Ирина не могла понять, что мог там разглядеть Вадим.

"Мы на все смотрим по-разному, – подумала она. – И думаем по-разному. Может, потому, что я не могу поверить в реальность Странностей? Возможно, Вадим и гений контакта в другом мире, но здесь он просто астроном, достаточно посмотреть в его глаза, когда он говорит о небе. Весь мир для Вадима как сцена с реальными фигурками, очень реальными, прямо настоящими, но...

Гений контакта! Странно все это. Даже не то странно, что он единственный специалист по контактам с внеземными цивилизациями на несколько веков. Но должен ведь быть еще и труд, который делает гения творцом. А у Вадима все слишком просто. Что знает он о контактах с иным разумом? Два века прошли мимо него. Что-то не так, или он не обо всем пишет и говорит".

"Ну и ну, – подумала Ирина, – я рассуждаю так, будто поверила. – И тут же оборвала себя: – Значит, поверила".

Она очнулась от визга спускающейся люльки. Вадим подошел к пульту сосредоточенный, усталый, это чувствовалось не по лицу, а по замедленным движениям. И по молчанию.

– Не молчи, пожалуйста, – попросила Ирина. – Когда ты молчишь, мне кажется, что тебя здесь нет... Что ты думаешь о будущем? Не о том, далеком, а о своем собственном Что станешь делать завтра? Или через три месяца? Все время ждать, когда появится он... Арсенин?

– Прости, Ира, – сказал Вадим, – сейчас я просто не знаю, на каком я свете... Я выгляжу сумасшедшим, да?