– Если я, как следователь, сочту, что здесь требуется участие ОЭС, то, конечно, вызову кого-нибудь.

– Только не его, – пробормотала Пибоди.

– Отделом руководит Фини. Я не стану указывать ему, кого прислать. Черт побери, Пибоди, тебе так или иначе придется работать с Макнабом! Именно поэтому тебе не следовало вступать с ним в интимные отношения.

– Работать с ним я могу, это меня ни капельки не беспокоит, – проворчала Пибоди, выходя из лифта. – Я профессионал. В отличие от некоторых, которые выживают из ума и приходят на работу, одетые черт зна­ет как.

Ева подняла брови.

– Сержант, вы не считаете меня профессионалом?

– Я имела в виду не вас, лейтенант. – Напрягшиеся плечи Пибоди расслабились, а глаза лукаво заблесте­ли. – Я никогда бы не сказала, что вы одеты черт знает как, хотя уверена, что на вас рубашка Рорка.

– Шутки в сторону. Пора заняться протоколом. Сейчас мы войдем в квартиру жертвы. – Ева раскоди­ровала замок, открыла дверь и осмотрела ее. – Записы­вай: цепочка и засов не использовались. В комнате по­лумрак. Какие запахи ты ощущаешь, Пибоди?

– Гм-м… Запах свеч. И, возможно, духов.

– А что ты видишь?

– Красиво и тщательно убранную комнату. На сто­лике у дивана два бокала и откупоренная бутылка крас­ного вина; это свидетельствует, что вечером жертва бы­ла не одна.

– О'кей. – Ева кивнула. – Что ты слышишь?

– Музыку. Включена аудиосистема. Скрипки и фор­тепиано. Мелодия незнакомая.

– Дело не в мелодии, а в звучании. Настраивает на лирический лад, – сказала Ева. – Присмотрись внима­тельнее. Все вещи стоят на своих местах. В квартире тщательно убрано, но она оставила открытую бутылку и бокалы. Как ты думаешь – почему?

– У нее не было времени убрать их.

– А также выключить свет и музыку. – Ева задум­чиво помолчала. – Как по-твоему, Пибоди, кто откры­вал вино?

– Скорее всего тот, с кем она встречалась. Если бы это сделала она сама, то, судя по состоянию гостиной, скорее всего убрала бы штопор, а пробку бросила в ведро.