Хорошая новость заключалась в том, что он больше не чувствовал боли. Он больше не чувствовал страха. Он чувствовал… холод.
Плохая новость состояла в том, что у него ничего не вышло. Он больше никогда не увидит бабушку, маму, младшего братишку… никого и ничего из того, что когда-либо любил в этой жизни.
Слезы вновь потекли у него из глаз.
За ним пришли двое, подняли его, подхватив под мышки и под колени, и отнесли обратно к машине. Он с улыбкой на губах взглянул на усеянное звездами небо. Когда его затолкали в багажник рядом с Келли – с бедной, мертвой Келли, глядевшей на него остекленевшими глазами, – и захлопнули крышку, навеки погрузив его в темноту, Дэниэл сумел удержать в уме воспоминание о звездах.
Умирая, он все еще видел прекрасное, усыпанное сверкающими звездами небо.
ГЛАВА 1
Пятнадцать лет спустя
«Проснись».
Джули Карлсон открыла глаза. С минуту она лежала неподвижно, с сильно бьющимся сердцем, сонно щурясь в темноту, не понимая, что ее разбудило, а главное – что ее так напугало. Она не сразу сообразила, что лежит у себя в спальне, в своей собственной постели, на чистых, безупречно отглаженных простынях. Привычно гудит кондиционер, не пускающий в комнату душную жару июльской ночи. Вот ее пузатый плюшевый мишка, единственное грустное напоминание о покойном отце, сидит на своем привычном месте – на тумбочке у кровати. Она различала его в слабом свечении циферблата будильника.
Должно быть, ей приснился дурной сон. Вот почему она проснулась, свернувшись тугим клубком, хотя обычно спала, распластавшись на животе, раскинув руки и ноги. Вот почему так сильно бьется у нее сердце, вот откуда странное ощущение, которому она долго не могла подобрать названия и наконец остановилась на слове «жуть».