Обрезанный член — блестящий монолит, столп — открывается взору сразу и целиком, вонзается в самое сердце и порождает мощный вал желания, в то время как подвижная крайняя плоть вуалирует головку, скорее угадываемую, чем видимую, — обточенная галька в пенной воде — и вызывает к жизни нежные, утонченные потоки чувственности, которые расходятся чарующими волнами по женскому телу, замирая в ожидании у входа. Член Ринго принадлежал к тому же типу, что и член Клода, робкий молодой человек в этом смысле походил на Андре, а что касается студента, то других представителей его типа в ту пору мне еще только предстояло встретить, и, как я узнала впоследствии, все они имели одну характерную черту: не будучи особенно толстыми, такие члены, возможно из-за более плотной кожи, давали руке, их сжимающей, безошибочное ощущение наполненности. Мало-помалу я поняла, что каждый член действовал на меня по-разному и мои руки — и не только руки — всякий раз вели себя иначе. Цвет и качество кожи, наличие (несколько степеней) или отсутствие волос, мускулатура — к смене этих характеристик приходится всякий раз приспосабливаться заново (не считаю необходимым специально доказывать здесь очевидную мысль, заключающуюся в том, что нависший над вами волосатый торс, суживающий до минимума и без того небогатое поле зрения, вы не обхватываете точно так же, как лишенное растительности гладкое тело или тяжеловесные плечи и отвисшие соски; однако эти реальные образы рождают также очень разные отзвуки в пространстве фантазии и воображения: сегодня, оглядываясь назад, я могу с уверенностью утверждать, что была склонна вести себя очень пассивно, и даже, более того, покорно, когда имела дело с сухими или очень худыми, истощенными телами, возможно, рассматривая их как более «мужественные», но всегда брала инициативу в свои руки при встрече с более грузными мужчинами,