Алекс был ее единственным приятелем-мужчиной, с которым, несмотря на восьмилетнее знакомство, «ничего не было» и даже ни разу не появлялось такого желания: рассмотреть друг друга как потенциальную вторую половину. Однако с годами в нем заметно возрос мужской шовинизм, и Шерли становилось все труднее с ним общаться.

— Я пока размышляю, Алекс. Ты же знаешь, что в эти моменты мое лицо где-то теряется, — улыбнулась она.

— Протестую! Блондинки не могут долго размышлять! — вставила Грета.

— Шерли — крашеная блондинка.

— Она прячет свой ум под белые волосы.

— Да. Это имитация, если хотите!

— Хорошо, что не имитация ума!

— Как тебе не стыдно, Алиса! Я думал…

— Господа, ум не спрячешь под крашеные волосы! Если только под парик…

— А давайте проверим: вдруг у Шерли парик?

— Гениальная идея.

— Хватит вам уже! Не смешно.

— Ты боишься разоблачения твоей подружки?

— А мне страшно, если Шерли окажется натуральной блондинкой!

— А мне кажется…

Алиса захлопала в ладоши, призывая к тишине.

— Господа! Мы забыли о главной теме! Итак, Шерли, кто тебе звонил?

— Весенний Санта-Клаус.

— И что обещал?

— О, он что-то обещал?

— Подарок, — спокойно сказала Шерли.

— И где подарок?

— А какой подарок он тебе обещал?

— Дорогой?

— Очень дорогой, — медленно проговорила Шерли, глядя в тарелку широко открытыми глазами и понимая, что она нисколечко не врет.

— Нет-нет, вы все неверно поняли! — вступилась мама, которая уже успела захмелеть. — Никакого кавалера у нее нет. Ну-у, конечно, кроме нашего обожаемого Антуа-ана…