– …своему вполне естественному гневу замутить твой разум.

– Ты только посмотри на нее, Чарлз! – Чарлз – и все остальные – посмотрел на нее.

Мэг закусила губу. Она прекрасно понимала, что выглядит просто ужасно. И было совершенно ясно, что Эмма не успокоится, пока не узнает всех подробностей.

– Ну хорошо. Это был лорд Беннингтон.

– Беннингтон? Этот болван? – Лиззи покраснела и прикрыла рот ладошкой. – Прошу прощения. Это как-то случайно вырвалось.

Лорд Уэстбрук ухмыльнулся:

– Теперь у старины Бенни будет еще один повод, чтобы тебя ненавидеть, Паркc.

– Я это прекрасно понимаю.

Эмма покачала головой с явным удивлением:

– Вот уж не ожидала подобного поведения от виконта Беннингтона.

– Я тоже не ожидала, – сказала Мэг. – Можешь быть уверена, я ни за что не вышла бы с ним из дома, будь у меня хоть малейшие сомнения.

– Тебе не следовало выходить из дома ни с одним джентльменом!

– Эмма, мне двадцать один год. Я не ребенок. – Чарлз положил руку Эмме на плечо:

– Может, отложим семейные ссоры до того момента, когда их не будут слышать посторонние?

Эмма нахмурилась:

– Хорошо. – Она бросила на Мэг выразительный взгляд: – Мы продолжим этот разговор в карете по дороге домой.

Мэг промолчала. Она приехала на бал с леди Беатрис и намеревалась уехать с ней, но говорить об этом Эмме не стала. На самом деле если она правильно разыграет все свои карты, то сможет вообще избежать выволочки. Она чуть расслабилась. Это было ошибкой. Она просто попала из огня да в полымя.

– Хотелось бы узнать, – добавил Чарлз, глядя на нее, – как получилось, что к моменту нашего прихода ты сидела на коленях у мистера Паркера-Рота.

Никакого убедительного ответа она придумать не могла.

– Превосходный вопрос, Чарлз. Ведь нельзя сказать, что колени этого джентльмена были единственным вариантом. Он мог бы встать и усадить тебя. – Леди Беатрис провела рукой по тускло-красной обивке кушетки. – И хотя я готова согласиться, что сиденья выглядят непривлекательно, но мне сидеть вполне удобно.