— Не надо, — остановил капитана Кулиш. — Выпить хочешь? — спросил он женщину.

— Хошу, — прошепелявила бомжиха.

Майор достал из маленького холодильника, встроенного в кухонный стол, бутылку дешевой водки и одноразовый стаканчик. Налил половину и протянул бомжихе. Женщина, громко глотая, осушила стакан и занюхала засаленным рукавом куртки.

— Капитан, — обратился Кулиш к участковому, — возьми фотографии трупа у эксперта и начинай обход соседей. Меня интересует высокий мужчина с большой сумкой, который ночью лазил в том районе.

Капитан козырнул и вышел из кабинета. Кулиш протянул женщине подкуренную сигарету:

— Рассказывай. Кого видела?

— Никого, — женщина скорчилась на низком табурете и судорожно курила, зажав сигарету между большим и указательным пальцами.

— Отпечатки твоих сапог обнаружили возле трупа, — тихим голосом, мягко сказал майор, — отпечатки пальцев на двери в комнату тоже твои. Хочешь пойти по мокрому делу? Так нам так даже проще. Или будешь говорить?

Женщина уставилась в пол, сигарета замерла в руке. Михаил обошел бомжиху и заглянул ей в лицо:

— Ты не бойся, никто тебя не заставляет давать показания. И в суд тебя вызывать не будут. Сама подумай — какой с тебя свидетель? Ты нам только опиши его подробно и можешь быть свободна.

— Чешно? — бомжиха подняла на Михаила выцветшие, покрасневшие глаза.

— Честное полицейское, — заверил ее Миша.

— Ну, был он вышокий. Как ты. Шторовый.

— Крупный, то есть.

— Да, большой, — женщина развела руки в стороны. — Борода рышая и волошы тоше рышие.