Он мягко предостерегал от проявления праздного любопытства, глядя на меня ленивыми оценивающими глазами. Казалось, он ждал ответа, и я решила проявить откровенность, насколько могла себе это позволить.

— Конечно, я знаю, что здесь произошло, — призналась я. — Об этом писали во всех газетах. Но я читала о Джулиане Мак-Кейбе задолго до трагического происшествия. Разумеется, эти события поразили мое воображение. Их участники кажутся героями драмы, разыгравшейся в замечательном и необычном месте.

Он решил выразить мне сдержанное одобрение.

— Твоя искренность делает тебе честь. С тех пор как миссис Мак-Кейб умерла, здесь нет недостатка в искателях сенсаций. Их не так много среди наших гостей, но заезжих туристов с извращенным складом ума хватает.

Я решилась на еще один осторожный шаг.

— Не знаю, Извращенный у меня склад ума или нет, но Грейстоунз очаровал меня с самого начала. Возможно, подобные дома, как подмостки сцены, сами провоцируют трагедию. У него ведь довольно темная история, не так ли?

Он направился к двери.

— Наверное, сейчас ты захочешь распаковать вещи, а потом спускайся вниз, там и потолкуем.

— Я спущусь прямо сейчас, — ответила я. — Вещи подождут.

Я сбросила пальто на кровать и, даже не переобувшись, чтобы не терять времени, последовала за Дэвидсоном. Он показал мне нижний этаж — весь, за исключением своей собственной комнаты, располагавшейся в задней части дома. Я увидела столовую, кухонные помещения, нижние комнаты отдыха, затем мы уселись на кушетку, стоявшую рядом с холодным камином.

— Огонь разожгу в половине пятого, — объяснил мне Клей, — Гости начинают возвращаться около пяти, они собираются здесь, чтобы выпить и полакомиться фондю, кушаньем из яиц и плавленого сыра. Все это — твоя сфера. Ты должна познакомиться со всеми постояльцами, чтобы иметь возможность представить друг другу незнакомых между собой людей; следи, чтобы никто не оставался в одиночестве, если он сам этого не желает.