— Сдаюсь, не знаю ответа. Но что мы можем сделать?

— Послушай, Даг, что-то тут не так. Проиграв дело в суде, я больше переживаю за себя, чем за своего клиента. А ведь срок отбывать ему, а не мне. По-моему, у меня сместилась система ценностей, и, возможно, не только у меня, у всех нас.

Едва она это произнесла, как в дверях кабинета появился один из старших компаньонов.

— Вы недосмотрели — среди присяжных оказалось слишком много женщин, — сказал он. — Они приняли сторону потерпевшей.

Дага как ветром сдуло. Кэролайн возразила:

— Пол не может считаться причиной для отвода.

— Вам следовало в любом случае от них избавиться.

Не дожидаясь ответа Кэролайн, компаньон вышел. Однако почти тут же в кабинет заглянул другой компаньон.

— Вы совершили ошибку, когда дали слово подсудимом. Пока молчал, он выглядел жалко и вызывал сочувствие, н как только начал говорить, стало понятно, что он хитрит.

— А мне казалось, что он производит впечатление человека искреннего.

— Как видите, присяжным так не показалось, — последовал язвительный ответ.

— Задним умом мы все крепки, — резонно заметил Кэролайн, — но правда состоит в том, что никто не знаем почему присяжные принимают именно то решение, какое они принимают.

Кэролайн все еще размышляла над замечаниями коллег, когда к ней в кабинет постучал еще один компаньон очевидно, для разнообразия ей необходимо было услышат слова сочувствия — насколько она вообще могла рассчитывать на сочувствие.

— Не зацикливайтесь на этой неудаче, Кэролайн, вам нужна победа. Просмотрите список клиентов, выберите самое выигрышное дело и покажите, на что вы способны