— Нет.

— Тогда иди в палатку.

Но она не шелохнулась. Словно оцепенела от страха. Молчание затянулось.

— У тебя есть имя? — Ее голос звенел как струна.

— Поскольку ты с запада, можешь звать меня Тэа.

— Тэа? — неуверенно повторила она.

Он заметил, как недоуменно взлетели ее брови, но не потрудился ничего объяснить, не собираясь также и сообщать настоящего имени.

— Если будешь делать, что тебе говорят, с тобой ничего не случится, — сказал он, подумав, что потратил сегодня на разговоры куда больше времени, чем следует. В словах мало толку. Куда лучше действовать.

Как он сегодня.

Теперь городу и его людям ничто не грозит. А женщину надо подержать в изоляции, пока не станет ясно, что она делала на его земле и кто послал се сюда.

Одинокие женщины — особенно с фотокамерами — не часто попадаются в Оуахе. Если западные женщины посещают страну, то в составе группы туристов, и их маршрут хорошо известен.

— Как ты попала в Оуаху? — резко спросил Тэа, изучая ее лицо. Она казалась уставшей. И разозленной одновременно.

— Самолетом до Атика, а после на джипе и на верблюде.

— Но кто-то планировал твой маршрут.

— Я сама. А что?

Если она испугана или озабочена, то внешне никак этого не проявляет. Скорее она готова к битве, что заинтриговало его. Она похожа на женщину, которая знает, чего хочет, женщину, запугать которую не так-то просто.

— Вопросы задаю я. Ты — отвечаешь. Теперь иди в палатку. Поговорим позже. — Тэа повернулся и ушел, но успел заметить вспышку гнева в ее глазах.

Эта женщина не любит, чтобы ей указывали, что делать. Но скоро ей придется научиться скрывать свои чувства.

Глава вторая

Телли глядела вслед бандиту — Тэа, так он себя назвал. Даже не дождался ее реакции. Отдал приказ и ушел, зная, что у нее нет иного выбора, кроме как повиноваться.