– Разумеется. У моего творчества много поклонников! – нервно дернула бровями Белоснежная.

– Да? – довольно бестактно усомнилась Люда. – А что они делают?

– Кто?

– Ну, поклонники. Поклоняются?

– Просят автографы, пишут, звонят, – с упоением начала перечислять Анжелика. – Приглашают на творческие встречи.

– А можно книжку посмотреть? – Убедить Людмилу в том, что народ толпами ломится за автографом или на творческую встречу, было невозможно. Она желала фактических доказательств.

– У меня совершенно случайно есть с собой, – польщенная вниманием поэтесса раскраснелась и зарылась в ядовито-зеленую торбу. Людиному взору предстала целая упаковка брошюрок, «случайно» прихваченных с собой.

– И что, можно вот так принести в издательство что-нибудь свое – и напечатают?

– Ну, «что-нибудь» не напечатают, а вот если у вас талант, то шанс есть, – снисходительно улыбнулась Белоснежная.

Поверить в столь легкий путь к Олимпу было невозможно. Довольно небрежно пролистав сборник и констатировав про себя: «Все ж таки редкая муть», Людмила попыталась вернуть книженцию авторше.

– Ах, оставьте себе, – закокетничала поэтесса. – Дайте-ка я вам автограф оставлю.

– И мне, – влез в разговор свидетель. Он смотрел на знаменитость глазами голодного теленка и отчаянно краснел.

– Возьми мою, – великодушно предложила Люда и тоскливо оглянулась. Народ вокруг веселился, ел, пил и не задумывался о высоком. У Людмилы никак не получалось расслабиться. То ли она еще мало выпила, то ли, наоборот, перебрала, но ее потянуло на печаль и философские размышления.

Погрезить о великом Люде не дали.