Каллен наконец смог оценить юмор ситуации и отдать должное выдержке Уитни, явно считавшей лучшим способом защиты – нападение. Подумать только, он застает ее в объятиях мужчины, а она умудряется сделать виноватым его!

– Извини, Уитни! – ответил Каллен, стараясь сохранять серьезный вид: Уитни не выносила шуток в свой адрес. – Мне только хотелось тебя удивить и обрадовать.

– Обрадовать? Таким скоропалительным приездом? Можно подумать, ты подарил мне браслет с бриллиантами или кольцо.

– Ну, кольцо у меня тоже есть. – На этот раз Каллен не мог сдержать улыбку.

– Это понятно, – вдруг произнес Ноэль Бомон, очевидно, решив наконец обратить на себя их внимание, – но вот будет ли у тебя шанс это кольцо пустить в ход?

Если Каллену и удалось вернуть себе приподнятое настроение, то в этот момент радостных чувств в нем сильно поубавилось. Он одарил Ноэля одним из тех выразительных взглядов, которыми ему неизменно удавалось приводить в чувство даже самых несговорчивых клиентов, но он зря старался. На Бомона его испепеляющий взгляд не произвел ровно никакого впечатления. Он лучезарно улыбнулся и как ни в чем не бывало поцеловал руку Уитни.

– Ты вторгся в чужие владения, Бомон, – процедил сквозь зубы Каллен, чувствуя, как неприязнь к французу перерастает в жгучую ненависть.

– Неужели? А мне показалось, что место владельца вакантно, – откликнулся Ноэль.

– И напрасно. – Каллен решительно шагнул к ним и взял Уитни под руку. – Пришел конец твоему благоденствию, придется тебе с этим смириться.

– А уж это решать несравненной Уитни, мой друг, – неотразимо улыбнулся Бомон. – Разве не так?