Она вспомнила четвертого посетителя, навещавшего ее. Чарлз Полянски, высокий стройный мужчина лет шестидесяти, одетый в костюм-тройку. Чрезвычайно вежливый. Он представился ее адвокатом и попросил не подписывать никаких документов, не посоветовавшись с ним.

Подумав об адвокате, Элоиз отметила, что все другие посетители открыто выражали обеспокоенность и симпатию, в то время как мистер Полянски сохранял профессиональное хладнокровие. Впрочем, как-то раз он выразил сожаление по поводу ее болезни — видимо, вполне искренне. И все же у нее сложилось впечатление, что они скорее деловые партнеры, чем друзья.

— Я доверяю мистеру Полянски? — спросила она.

— Насколько мне известно — да, — ответил Джонатан. — Он и его сын всегда сотрудничали с твоим отцом как в деловых, так и в личных вопросах. Теперь он сотрудничает с тобой.

Элоиз внимательно посмотрела на мужа.

— А ты доверяешь ему?

— Да, — ответил Джонатан.

Интересно, почему ей нужно знать мнение мужа о ее адвокате? И тут она поняла, что инстинктивно доверяла мнению Джонатана. Какими же все-таки были их отношения?

Она напрягла свою память, и тут же ее пронзила острая головная боль. Так было всегда, когда она пыталась что-нибудь вспомнить. Сосредоточься на том, что ты только что узнала, приказала себе Элоиз.

— Итак, я принадлежу к тем женщинам, для которых важна карьера, — сказала она, разглядывая лицо Джонатана и, вопреки приказу, продолжая думать об их браке. — Как могла удачливая деловая женщина угодить в подобную историю? — спросила она и покраснела, услышав в своем голосе изумление.

— Не представляю, — ответил Джонатан.

Элоиз решила, что зашла уже так далеко, что может позволить себе задать еще один вопрос:

— Есть ли во мне что-нибудь такое, о чем мне не хотят говорить?