Объяснение Мирона четко отложилось в памяти, Дроздову предстояло принять решение, и он должен был взвесить все обстоятельства.

Вблизи от черных дыр действуют особые законы, давно, кстати, предсказанные теоретиками. Поле тяжести вблизи от черной дыры неимоверно велико – почти бесконечно. Огромная энергия тяготения буквально переливается через край, превращается в энергию движения быстрых частиц, которые рождаются тут же в вакууме у самой сферы Шварцшильда – условной "поверхности" черной дыры. Энергия тяготения уменьшается, но из-за этого становится меньше и масса черной дыры – ведь это она создает поле тяжести! Такая вот цепочка, и получается, что со временем черная дыра как бы худеет, испаряется... Чем массивнее была вначале черная дыра, тем слабее эффект испарения. Черная дыра в созвездии Лебедя, открытая еще в XX веке, "худеет" так медленно, что переживет вселенную. Но маленькие черные дыры с массой в астероид, осколки Большого взрыва, испаряются очень быстро, многие из них уже и вовсе исчезли. Так говорит теория. И еще она говорит, что рожденные полем тяжести частицы сталкиваются между собой, как звери в тесной клетке, и энергия их движения испытывает еще одно, последнее, превращение – возникает жесткое рентгеновское и даже гамма-излучение.

В космосе, не разбирая дороги, мчалась рентгеновская звезда, и "Пенелопу" угораздило столкнуться с ней в лоб. Черная дыра прошла навылет, как стрела из тугого лука, и унеслась, не ощутив, что стала убийцей. Станция была разрушена приливными силами даже прежде, чем ее расплавило излучение...

Потом они пытались уснуть. Мирон долго ворочался в спальном мешке и что-то бормотал. Дверь между каютами была полуоткрыта, и Дроздов слышал каждый шорох. Всякий раз, когда Ромашов поворачивался, мысли меняли направление, перескакивали в поисках решения. Но что можно придумать, если нет ни грамма рабочего тела, а до Земли – световой месяц? В конце концов (Мирон давно спал, слышно было его тихое дыхание) командиру пришла в голову идея из тех, что возникают в порядке бреда. В ней было что-то дезертирское, додумывать ее не стоило, и Дроздов уснул.