- Я тоже очень хочу с тобой остаться, ковбой. Но.., у меня еще одно родео, - сказал он, избегая прямого взгляда ребенка. - Завтра.

- Где? - Коди нахмурил лоб.

- В Оклахоме.

Джо надвинул шляпу обратно на голову, мысленно кляня себя за ложь.

- А потом ты вернешься?

Джо не смел взглянуть на Марти. Он был уверен: конечно, она хочет, чтобы он ответил "нет". Но это невозможно. Скорее всего, уже в понедельник мальчик забудет этот разговор. Скорее всего, он и не вспомнит даже о самом существовании Джо. Но Джо никогда не сможет забыть этого малыша, который звал его папой. Так же, как не сможет забыть и темных глаз его матери.

- Само собой, - ответил он, спиной чувствуя пристальный взгляд Марти. - А до тех пор веди себя хорошо. Договорились?

Коди кивнул. Волосы его разметались по подушке.

- Папа, когда ты вернешься?

Что-то словно взорвалось в Джо.

Папа.

Джо проглотил застрявший в горле комок.

- Скоро, сынок, скоро.

- Что вы имели в виду под словом "скоро"? - Марти уперла руки в бока. Джо стоял, теребя в руках шляпу и глядя на носки своих сапог. Сразу же после неосторожного обещания ковбоя она вытолкала его из комнаты сына, провела в прихожую и закрыла дверь в коридор, чтобы ни один звук не донесся до маленьких ушей. Как он смел пообещать ее сыну вернуться! Как он смел дать ему повод для еще одного разочарования!

- А что я должен был сказать? - возразил Джо сурово. Он все терзал свою несчастную шляпу. - Вы хотели, чтобы я сказал Коли: нет, я не вернусь никогда? Это было бы лучше?

Губы ее сжались. Она постаралась приглушить свой гнев. Застыв в раздумье, она машинально пропускала свои длинные волосы сквозь пальцы. Что правильнее в этой ситуации? Должны ли они лгать, или лучше разбить сразу все надежды маленького человека? Что для Коди будет больнее?