Она открыла дверь и скользнула в темноту. Вокруг стояла тишина.

Тори села рядом с ним, закуталась в плед — удобный барьер между ними.

— Ты самый упрямый человек, которого я встречала, — сказала она.

От него пахло солнцем, одеколоном и свежестью.

Он осторожно коснулся ее руки, нащупав ее в складках пледа. Его руки были неожиданно теплыми, хотя он столько времени провел на холоде.

Она приказала себе отдернуть руку, но вместо этого повернулась и посмотрела на него.

Темные, загадочные глаза. Странный взгляд.

— Кажется, время повернуло вспять, когда я посмотрел на тебя, закутавшуюся в этот плед.

— Как колбаса… — сказала она строго.

Он сверкнул зубами — белыми, ровными и сильными:

— Больше похоже на индийскую принцессу из «Питера Пэна». Ты всегда первая замерзала.

— «Холодные руки, теплое сердце…» — произнесли они вместе.

Он засмеялся, а она разозлилась, что позволила втянуть себя в разговор о прошлом.

— Ты не сможешь заставить время двигаться вспять. — На этот раз она выдернула руку, спрятала ее в складках пледа и принялась изучать окно дома на противоположной стороне улицы. Новые жалюзи. Горизонтальные. Она поняла, что ненавидит их.

— Я знаю, — сказал он. В его голосе было что-то, от чего она почувствовала себя беззащитной. Что это? Усталость? Сожаление?

— Ты не возвращался, — прошептала она.

Он молчал. Потом хрипло произнес:

— Прости…

— Он был твоим лучшим другом, ты не приехал, даже когда он умер. — Она повернулась, чтобы разглядеть его лицо. Он отвернулся… — Ты не приехал, когда он болел.

Он больше не извинялся.

— Что ты делаешь здесь теперь? — потребовала она ответа, жалея, что он появился, что она была так этому рада, что ей нравилось ощущение своей руки в его.

— Я просто приехал навестить тебя, — мягко сказал он, — думал, мы сможем провести какое-то время вместе…