Когда все было готово, ее усадили в машину, которая сразу же тронулась с места. Возле здания вокзала они резко затормозили, выскочили из машины и поволокли изумленную девушку к поезду. Дара не успела и рта раскрыть, как оказалась в двухместном купе, в котором уже находилась женщина-полицейский. Дверь сейчас же заперли снаружи. Окно было зашторено наглухо, лампа горела еле-еле.

Дара была далека от желания вести непринужденную беседу со своей спутницей. Сказавшись усталой, она скинула туфли, забралась с ногами на сиденье и закрыла глаза.

Дарой все сильнее овладевал страх, почти физический ужас при мысли о том, что Григ станет в открытую демонстрировать свое презрение к ней. Даже теперь, спустя столько времени, она все равно не могла до конца понять, почему же все изменилось так чудовищно и нелепо. Может, тому виной обстоятельства, при которых они познакомились: расследование убийства как-никак. Поначалу все складывалось так хорошо…

Скорый поезд мчал Дару в ночь, и воспоминания переносили ее в то теперь уже такое далекое весеннее утро, когда они с Лорен сидели за завтраком…

— Опять вызов в суд! Можно подумать, что я единственный присяжный заседатель! — в отчаянии воскликнула Дара, комкая в руке конверт. — Но я не могу, мне некогда!

— Когда ты должна там быть? — поинтересовалась Лорен, ее соседка по квартире, протягивая руку и забирая письмо. — Уже седьмое за три недели. Опять из Старого Бейли, а ведь там дела разбирают дольше всего. Дара чуть не плакала.

— И это как раз в то время, когда я должна ехать на конференцию в Брюссель!

— А если ты им скажешь, что берешь отпуск или что-нибудь в этом роде? — посоветовала Лорен.

Дара заколебалась.

— А это не противозаконно? Меня не оштрафуют, если все раскроется?

— Бог мой, да кто будет этим заниматься? Все так поступают.

— Что ж, стоит попробовать, — решилась Дара. Она знала, что Лорен, которая была на десять лет старше и работала в той же фирме, обычно не давала плохих советов.