— Не уйду, — пообещала она. Веки его дрогнули, и ей показалось, что он теряет сознание. Она оглянулась. — Сестра!

— Устал, — беззвучно прошептал он.

Сестра проверила пульс, приподняла ему веко. Максим беспокойно дернулся.

— Все в порядке, — сказала сестра. — Пусть поспит. Видимо, скоро мы его отсюда переведем.

Ближе к вечеру Лизе посоветовали отправиться в ближайший отель и немного поспать, пообещав дать ей знать, если Фоллен проснется и спросит о ней. Лиза позвонила Кларе, а потом жениху.

Клара не скрывала радости. Фриц был сдержан и немногословен, лишь с подчеркнутой вежливостью заметил, что ему приятно слышать о выздоровлении Фоллена.

— Мне необходимо немного поспать, — сказала Лиза, благодарная уже за то, что он не стал изводить ее вопросами о том, когда она намерена вернуться. — Я тебе еще позвоню.

Она страшно устала, но ей надо было сделать еще один звонок. Если ее мать и сестра Анна смотрели новости, то они, должно быть, по меньшей мере заинтригованы.

Перед тем как уехать из дома, Лиза с ними не говорила. Ее мать жила в пригороде, а сестре вечно было некогда — муж, дети. Они привыкли к тому, что Лиза может в любой момент оказаться на другом конце света.

— Я и не знала, что ты знакома с Фолленом, — сказала мать.

— Собственно, по-настоящему я узнала его только неделю назад. Мы встретились в Гриндельвальде.

— Пресса умеет сделать из мухи слона, — рассмеялась мать. — Стоит сделать дружеский жест, они уже готовы кричать о тайной помолвке! Если меня будут спрашивать, я всем расскажу, как было на самом деле.

Лиза смешалась. Она так устала, что ей было не до объяснений.

— Ты уже говорила с Анной? — спросила мать.

— Нет, я как раз собиралась позвонить.

— Я сама ей позвоню. Звонить из отеля безумно дорого. К тому же у тебя усталый голос, дорогая. Как ты себя чувствуешь?