– Мы с братом живет на втором этаже. Мои комнаты над самой водой, а его – в задней части дома. Я предложила миссис Эрим поселить вас в комнате на третьем этаже, она очень удобная и сейчас пустует.

И вновь Трейси удивил странный взгляд Нарсэл искоса, Словно турчанка ждала ее реакции.

Лестница выходила в огромный, голый и мрачный салон, по которому гуляли сквозняки. Он походил больше на холл, чем на комнату. Высокая голубая изразцовая печь у стены излучала тепло, но в просторах салона оно быстро терялось. Несколько жестких стульев стояли вокруг круглого стола, накрытого красной бархатной скатертью, шелковая бахрома с которой касалась пола. В углах салона были расположены двери, обычные и сейчас закрытые, а в стене, напротив лестницы, – французские, они вели на арочную веранду.

– В старину, – объяснила Нарсэл Трейси тоном экскурсовода, – здесь располагался гаремлик, женские помещения, а мужские помещения, селамлик, находились в более удобных комнатах этажом ниже. Разумеется, женщины могли свободно перемещаться по дому, за исключением тех случаев, когда в нем появлялись посторонние мужчины. Тогда они прятались в свои комнаты в гаремлике и не высовывали оттуда носа.

Она повернула в ту часть дома, что нависала над водой, и на мгновение задержалась перед огромной деревянной дверью с красивой медной ручкой. Ручка, очевидно, выполняла лишь декоративную функцию, потому что засов находился у самого пола. Нарсэл Эрим ловко открыла дверь носком ноги.

Заметив реакцию на это Трейси, она улыбнулась.

– У нас здесь все старомодно. Да вы скоро сами в этом убедитесь. Пожалуйста, входите. Надеемся, вам здесь будет удобно.

Трейси вошла в огромную комнату с высоким потолком. К ее удивлению, мебель из светлого дерева в комнате была вполне современной. Большую часть пола покрывал толстый, золотистого цвета ковер. У стены стоял элегантный туалетный столик со складывающимися зеркалами и стул, обтянутый золотым атласом. Кроме входной, в комнате имелось еще три двери: одна вела в салон, другая, наверное, в соседнюю комнату, третьи, распашные двери, на арочную веранду, которая, похоже, огибала весь дом по периметру.